10 мая 5164 12

Кавказ и русские: новый ракурс

Отрицать «русский» геноцид на Кавказе глупо, но и адресовать упреки русским бессмысленно: они такие же пострадавшие

usahlkaro Александр Пыжиков российский историк, специалист по истории России XX века

В течение долгого времени муссируется тема «завоевания» Кавказа в первой половине ХIХ века. Некоторые внутри страны и за рубежом во весь голос трубят о геноциде горских народов, развернутом русскими.

Данная тема для нашей стороны до сих пор остается неудобной, а потому ее чаще предпочитают обходить, чем открыто говорить о ней. Но, на наш взгляд, гораздо правильнее не избегать истории, а более пристально взглянуть на нее. Только так можно противостоять недругам России, делающим ставку на межнациональную вражду.

Русский народ и горцы – разменная монета в руках польско-украинско-немецких выходцев, закабаливших и тех, и других.

Для начала посмотрим внимательнее на ту далекую эпоху, а именно – кто с кем воевал? Относительно горцев ситуация совершенно ясна, а вот что касается тех, кого с легкостью называют «русскими завоевателями» – не очень.

Сомнения появляются при чтении произведения М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени». Как известно, в нем описывается пребывающее на Кавказе царское дворянство – вдохновитель упомянутого геноцида в отношении местных народностей. Само собой, та элита традиционно воспринимается русской и никак иначе.

Поляки с украинцами, разбавленные немцами, называют себя русскими, но с таким же успехом можно именоваться кем угодно

Давайте же вспомним тех, кого изобразил великий писатель. Вот перечень действующих лиц «Героя нашего времени» (большинство из них офицеры): Семен Лиговской, Мэри Лиговская, Грушницкий, Раевский, Вернер, Апфельбаум, Вулич, некто Иванов (о нем замечено, что он немец, просто так вышло). Среди этой публики – плохо говорящий на русском главный герой Печорин, которого все зовут Жоржем.

Возникает закономерный вопрос: кто же здесь русский? Все перечисленные персонажи – это поляки с украинцами, разбавленные немцами. Да, они называют себя русскими, но что из того? С таким же успехом можно именоваться кем угодно – польско-украинско-немецкое лицо от этого не изменится.
Для польско-украинско-немецкого дворянства и русские, и горцы – это дикари, которых и людьми-то назвать нельзя

А теперь о других персонажах повести: их чуть более десятка. Сразу бросается в глаза отсутствие фамилий. С точки зрения тех, о ком только что сказано, им фамилии, видимо, не нужны или не полагаются. Перечислим: Азамат, Бэла, Казбич, Янко (в татарской бараньей шапке), Митька, Настя, Еремеич, а некоторые вообще даже без имен – десятник, ямщик.

Несложно увидеть, что перед нами как раз представители горских народов, а также самые настоящие русские. Причем хорошо чувствуется, как последние приравнены к первым. Для польско-украинско-немецкого дворянства и те, и другие – это дикари, которых, по мнению этой публики, и людьми-то назвать нельзя.

Единственный русский, кто в тексте имеет отношение к этой элите – Максим Максимович (кстати, тоже без фамилии), но он там белая ворона: его считают кем-то вроде идиота.
Польско-украинско-немецкий генералитет умело стравливал между собой русских и горские народности

Вот такой расклад зафиксировал взгляд Лермонтова. Конечно, эти писательские наблюдения требуется проверить уже на реальной истории. Для чего приведем имена высшего «русского» командования, руководившего карательными, по сути, операциями на Кавказе в первой половине XIX столетия.

Научной литературе известны генералы: граф Граббе, барон Розен, Нейгарт, Фрейтаг, Пассек, Лисанович. Что касается генерала Головина, то он из полонизированной литовской шляхты, генерал Греков – из запорожских казаков. Наиболее знаменитый из этой плеяды генерал Ермолов – по матери Каховский.
Русские в кавказских войнах не командовали, а были чем-то вроде пушечного мяса

Подобные люди и составляли костяк царских военных на Кавказе. Повторим, все эти персонажи до сих пор воспринимаются первосортными русскими. Однако снова уместно спросить: где здесь увидели русских?

Очевидно, русские в кавказских войнах не командовали, а были чем-то вроде пушечного мяса. Если говорить точнее, весь этот польско-украинско-немецкий генералитет умело стравливал между собой русских и горские народности, решая при этом собственные задачи. Русский народ и горцы – разменная монета в руках польско-украинско-немецких выходцев, закабаливших как одних, так и других.
Отрицать «русский» геноцид на Кавказе глупо, но и адресовать упреки русским бессмысленно: они такие же пострадавшие

Осознание этого заставляет задуматься о многом. И, прежде всего, о «русском» геноциде на Кавказе, который неизменно вызывает естественную и понятную боль у местных свободолюбивых народов. Отрицать его глупо, поскольку это противоречит историческим фактам. С другой стороны, адресовать упреки русским не менее бессмысленно. Они такие же пострадавшие, как и сами кавказские народы.

Поэтому нужно не стыдливо замалчивать эти проблемы, а прямо указать на виновников. Тех, кто с рубежа ХVII- ХVIII веков умело мимикрировал под русских, после чего загнал в польско-украинско-немецкую колонию вместе с русским многочисленные коренные народы.

Установив свое чужеземное иго, эта колониальная администрация издевалась над нашими предками, озлобляя друг против друга. Они вершили преступления от имени русских, которые вынуждены теперь выслушивать в свой адрес то, чего совсем не заслужили.

Все мы были заключенными в польско-украинско-немецкой тюрьме, замаскированной под «русскую»

Чтобы восстановить историческую справедливость, необходимо открыто посмотреть правде в глаза, признать: все мы были заключенными в польско-украинско-немецкой тюрьме, замаскированной под «русскую».

Надо понять: горцев и нас связывает не взаимная вражда, нас объединяет общая беда, вот что роднит наши народы. В этом действительно прочная основа для единения во имя нашего общего дома.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции "Кавполита"

-3 Распечатать

Наверх