27 января
11 марта 2016 5200 9

Особый контроль нападения

Нападению на группу российских и иностранных журналистов нет и не может быть никакого оправдания

usahlkaro Максим Шевченко журналист

Это гнусный акт запугивания и террора, и никакие рассуждения (патриотические, государственнические, какая угодно болтовня о «пятой колонне» и т.п.) не смогут вытеснить главное: убийства, избиения, акты устрашения по отношению к журналистам и правозащитникам на Северном Кавказе, да и по России в целом, продолжаются и становятся нормой жизни.

Случайно ли именно в день этого гнусного нападения в Дагестане было прекращено следствие по убийству журналиста «Нового дела» Ахмеднаби Ахмеднабиева? 

А ведь главный силовик СКФО генерал Ченчик давал слово офицера расследовать это преступление, говорил о «личном контроле», когда именно в день убийства Ахмеднаби начал отчитывать собравшийся в Грозном СПЧ за неправильное поведение правозащитников и журналистов. 

Главный силовик СКФО генерал Ченчик давал слово офицера расследовать убийство Ахмеднабиева

Пришедшая эсэмэска о смерти Ахмеднабиева прервала публичное нравоучение о том, как надо Родину любить, адресованное «виноватым» правозащитникам.

Личный контроль высоких чинов за расследованиями убийств, избиений и нападений на журналистов стал уже таким общим местом, что к этим грозным обещаниям и не прислушиваешься. 

Ну взял полпред Меликов под личный контроль нападение на журналистов в Ингушетии... Хорошо... Нормально... Что еще сказать, даже и не знаю... 

Разве то, что взрыв в той же Ингушетии у мечети, известной тем, что в ней проповедует Хамзат Чумаков (ранен при взрыве), подозрительно вовремя организован для того, чтобы:

– стравить опять помирившихся между собой Евкурова и Кадырова (последний жестко критиковал Чумакова, первый, в принципе, не давал с ним расправиться);

– активизировать на территории Ингушетии террористическое подполье, как якобы «мстящее за Хамзата» (чудом остался жив, нарушив планы организаторов)...

А по самому нападению есть всего несколько вопросов.

1. На каком языке говорили нападавшие? Если на чеченском, то это чеченцы (молодые ребята в Чечне сегодня между собой предпочитают разговаривать на родном языке), если на русском – то это интернациональная группа, в которую могли входить чеченцы, дагестанцы, русские, осетины, армяне – кто угодно. А кто в регионе посылает интернациональные группы на спецзадания?

2. Есть ли записи на камерах вдоль федеральной трассы М29, из которых следует как большая группа в 20 (!!!) человек, в масках, смогла сконцентрироваться в одном месте, недалеко от федерального блок-поста? Машины приехали либо справа, либо слева. Есть еще, конечно, версия, что это были парашютисты...

3. За группой журналистов велось наружное наблюдение. Невозможно поверить, что за иностранцами его не было – это противоречит логике жизни в регионе. Их телефоны были на контроле. Невозможно поверить, что этого не было. В прошлом году, в августе, на годовщине смерти Тимура Куашева за мной по Нальчику ездили как минимум две "Приоры"... Сколько их было здесь? И где сводки оперативного наблюдения?

4. Кому это все было выгодно? Либо мы признаем, что главы двух не нуждающихся в упоминании регионов СКФО сумасшедшие (один более сумасшедший, поскольку в дни своего возможного переназначения подкладывает Путину такой подарок с международным скандалом), либо это какая-то третья сила... Но какая? Кто у нас там любит в масках разъезжать по Кавказу и нападать на граждан без ордера и правовой санкции (как на убитого в ходе такого нападения Джамбулата Дадаева в Грозном, например).

Ответы властей на эти вопросы и дадут нам повод поверить в то, что особый контроль над расследованием убийств журналистов, правозащитников и просто граждан и вправду существует.

4 Распечатать
Наверх