18 января
22 апреля 2016 4388 3

«Проблему флэшкового рэкета в Дагестане удалось снять»

Руководитель Агентства по предпринимательству и инвестициям Дагестана Башир Магомедов уверен, что в регионе создана нормативная база для роста инвестиций
Фото: gazeta.ru
Фото: gazeta.ru

usahlkaro Николай Проценко журналист

По его словам, осталось только обеспечить выполнение уже принятых законов. Первым шагом на этом пути должно стать снижение криминальных рисков – по словам Магомедова, в республике практически удалось ликвидировать так называемый «флэшковый рэкет» (вымогательство с использованием электронных носителей), которым Дагестан «славился» на протяжении ряда лет.

Само создание Агентства по предпринимательству и инвестициям в структуре правительства Дагестана в начале этого года говорит о том, что глава республики Рамазан Абдулатипов был не слишком доволен работой кабинета по этим направлениям. Аналогичное агентство в Дагестане уже существовало при предыдущем руководителе республики Магомедсаламе Магомедове и курировало главным образом крупные проекты – такие, как Каспийский завод листового стекла, «Лазурный берег» и ряд других.

Однако сегодня ситуация принципиально изменилась: в период экономического кризиса на первый план выходят менее масштабные проекты, требующие не политической поддержки, а скорее грамотной «упаковки» для получения финансирования на сравнительно выгодных условиях. Это предполагает более плотный контакт агентства с местной бизнес-средой, что и предопределило выбор фигуры его руководителя. До того как занять свой нынешний пост, Башир Магомедов три года был уполномоченным по защите прав предпринимателей в Республике Дагестан. 

Правовой ликбез для бизнеса

– Когда представители государства говорят о поддержке бизнеса, обычно упоминаются некие крупные суммы из бюджета, но редко говорится о том, насколько эффективна оказываемая поддержка. По каким критериям вы будете оценивать эффективность расходов на господдержку?

– Главные критерии – это созданные рабочие места и поступления в консолидированный бюджет республики. Это две основные позиции, а остальное – формируемый ими мультипликативный эффект. Если же говорить об объемах, то они не слишком велики. В этом году объем субвенций из федерального бюджета на развитие предпринимательства в Дагестане составляет всего 196 миллионов рублей.

Башир Магомедов 

На преференции инвесторам в связи с кризисом в этом году, к сожалению, в бюджете заложено мало средств, секвестрировано почти 78 миллионов рублей. Практически не осталось средств на развитие бизнес-инкубаторов, презентационно-выставочную деятельность, возмещение процентных ставок инициаторам инвестпроектов.

– Ставите ли вы задачу поддерживать в первую очередь те компании, которые быстро растут или способны на это? В Дагестане таких предприятий очень мало, хотя экономический потенциал республики таков, что их может быть гораздо больше.

– Конечно, такая задача ставится, и решать ее предстоит в условиях изменившихся критериев масштаба предприятий. Теперь к субъектам микробизнеса относятся организации с оборотом до 120 миллионов рублей в год и количеством рабочих мест до 15, к малому бизнесу относятся компании с оборотом до 800 миллионов рублей, а к среднему – до 2 миллиардов. То есть практически весь бизнес Дагестана – это малые и средние предприятия.

И основная наша цель – создать такие благоприятные условия для предпринимателей, чтобы вывести из тени значительную часть бизнеса в республике, а это, по имеющимся оценкам, 50-60 процентов предприятий. Поэтому мы хотим работать с субъектами малого и среднего бизнеса по-новому, так, чтобы каждая мера государственной поддержки дошла до предпринимателя.

– Каким образом вы можете это обеспечить?

– Например, в этом году мы хотим сделать прозрачную систему выделения грантов для предпринимателей – предполагается, что заявки на гранты можно будет подавать через республиканские МФЦ. Это позволит убрать коррупционную составляющую и бюрократические проволочки.

На преференции инвесторам в связи с кризисом в этом году бюджете заложено мало средств, секвестрировано почти 78 млн рублей

Есть определенные требования, и если заявка им соответствует, то МФЦ в каждом муниципальном образовании должен ее принять, после чего материалы попадают на конкурсную комиссию. Мы вообще планируем полностью поменять состав конкурсной комиссии, причем более 30% ее членов в этом году будут представителями общественных организаций.

– Насколько активно дагестанский бизнес, который существует в действительности, а не на бумаге, обращается за господдержкой? Вы ведь еще в предыдущей своей должности уполномоченного по защите прав предпринимателей в Дагестане наверняка сталкивались с бизнесменами, которые обратились за господдержкой, а вместо этого получили усиленное внимание контролирующих структур.

– Такая проблема, конечно, есть. Некоторые бизнесмены действительно говорят: нам ничего не нужно, только не мешайте. Но в то же время могу сказать, что к нам стоит очередь на получение господдержки, и большинство бизнесменов заинтересованы в том, чтобы государство им помогло. Главное в моей деятельности на нынешней должности – обучить предпринимателей знанию своих прав.

Многие, например, не знают, с какой периодичностью их могут проверять надзорные органы. К сожалению, у нас нет рычагов, чтобы влиять на эти органы напрямую, но этим занимается, причем достаточно успешно, новый уполномоченный по защите прав предпринимателей Заур Курбанов, у него в этом направлении есть большие полномочия. Со своей стороны мы хотим создать в каждом муниципалитете консультативные центры и сформировать сеть общественных помощников руководителя агентства, положение о них уже разработано.

– Какие отрасли экономики Дагестана наиболее активно подают заявки на получение господдержки?

– Главным образом это торговля, где предприниматели испытывают дефицит оборотных средств. Это связано прежде всего с высокой стоимостью кредита. У нас в республике осталось, по сути, всего два банка – Сбербанк и Россельхозбанк, и меньше чем под 15% годовых, кредиты никто не дает, а это непосильно для малого бизнеса.

В прошлом году инвестиции в основной капитал Дагестана составили 241 млрд рублей – это почти на 5,4% больше, чем в 2014 году

Но при этом есть фонд микрофинансирования, который выдает займы по ставке до 10% годовых, есть фонд содействия кредитованию, предоставляющий гарантии получения кредита в банках, есть лизинговый фонд, хотя его капитализация пока небольшая.

Судьба мегапроектов

– Переходя к теме инвестиций: несколько лет назад, когда в Дагестане уже существовало агентство по инвестициям, акцент делался в основном на крупных проектах. Но большинство из них либо остались на бумаге, либо оказались долгостроями. Каков оптимальный объем проектов, которые вы намерены поддерживать, учитывая этот опыт?

– Как структура, реализующая государственную политику в сфере предпринимательства и инвестиций, мы должны поддерживать любой проект, но по опыту мы действительно видим, что долгострои – это в основном мегапроекты. Поэтому приоритет мы будем давать проектам, которые более реально воплотить в жизнь, а проекты, имеющие признаки банкротства и нерентабельные, нужно оптимизировать.

 

Башир Магомедов 

Сейчас по поручению главы республики мы готовим  справку по всем действующим инвестпроектам: что введено в эксплуатацию, что не сделано и так далее. Но проблемы с реализацией крупных проектов не означают, что в Дагестане застопорился инвестиционный процесс как таковой.

В прошлом году инвестиции в основной капитал Республики Дагестан составили 241 миллиард рублей – это почти на 5,4% больше, чем в 2014 году. Причем около 200 миллиардов рублей – это частные инвестиции, примерно 60 проектов.

Среди предприятий, которые открылись в прошлом году, могу назвать Гоцатлинскую ГЭС, заводы «Дмитровкабель» и «Стройдеталь», медклинику Healthy National в Махачкале, крупный узел внутризонной телефонной связи – в этот проект инвестор вложил почти 2 миллиарда рублей собственных средств. В этом году наиболее значимое открытие – авиамеханический завод в Каспийске.

– Что все-таки планируется делать, чтобы сдвинуть с мертвой точки мегапроекты, на которые и так потрачено достаточно времени и энергии? Можно для примера взять такой нашумевший в свое время проект, как «АгроДагИталия».

– Сейчас инвесторы вновь активно взялись за него. Я встречался с инициаторами, и мы разделили первоначальный большой проект на три очереди. Одну из них мы подвели под стандарты федеральной Корпорации развития субъектов малого и среднего предпринимательства и через Минкавказа представили на получение господдержки.

– А какова судьба проекта текстильного производства компании «Нергиз» в связи с неожиданным российско-турецким конфликтом?

– Конечно, в связи с политической ситуацией реализация этого проекта осложнилась, но недавно нам поступило предложение от ряда инвесторов передать землю им для реализации такого же проекта в легпроме. Это очень хороший импортозамещающий проект, рассчитанный на создание 4 тысяч рабочих мест и социальной инфраструктуры.

– Вы уверены в том, что на этом производстве действительно можно создать столько рабочих мест?

– Я очень хорошо знаю этот проект, потому что еще в должности советника президента Дагестана стоял у истоков привлечения инвесторов для него. Я был на аналогичном турецком заводе в Бурсе – там только на производстве работали 4 тысячи человек, не считая сопутствующей инфраструктуры.

– Есть ли еще в Дагестане значимые инвестпроекты с участием турецкого капитала?

– Да, и один такой проект мы смогли защитить – строительство завода металлоконструкций для судостроительных и судоремонтных предприятий. Этот завод открывается в текущем году в Махачкале, сейчас идет наладка оборудования. В нем 100% турецких инвестиций, до 250 миллионов рублей, и он был включен в число 53 турецких организаций, которым правительство России дало «зеленый коридор».

Сейчас мы хотим, чтобы «Нергиз» тоже вошел в этот список, потому что это очень важный проект – и для республики, и для России в целом. У него есть поддержка руководства России, в том числе со стороны главы Минпромторга Дениса Мантурова.

– Несколько лет назад Мантуров довольно скептически воспринял еще один знаковый проект Дагестана – создание автопроизводства на заводе «Авиаагрегат». Затем его одобрил Рамазан Абдулатипов, когда стал главой Дагестана, но с тех пор какого-то движения по нему так и нет. Эту инициативу еще можно считать актуальной?

– Можно сказать, что этот проект живой, хотя у «Авиаагрегата» есть большие проблемы с получением под него госгарантий и кредита. Поэтому сейчас мы готовим для них соответствующую заявку для обращения в федеральную корпорацию по развитию малого и среднего предпринимательства.

Башир Магомедов 

– А когда будет запущен нефтеперерабатывающий завод на территории нефтебазы «Дагнефтепродукт»?

– По словам инвестора, завод будет работать в этом году. По нему есть сложности, связанные с получением заключения Ростехнадзора, – проблема в том, что насосы на заводе должны быть автоматизированные, а поставлены механические. 

Промышленный уклон

– Какие еще проекты сейчас «на подходе»?

– Прежде всего, это завод по производству напольной керамической плитки «Мараби», уже состоялся его технологический запуск. До того, как я побывал на этом предприятии, я думал, что это маленький цех, а оказывается, это огромное производство. Кроме того, мы рассчитываем на ряд проектов, которые мы презентовали в момент подписания соглашения с федеральной Корпорацией по развитию малого и среднего предпринимательства.

​Основная проблема для дагестанцев – это отсутствие материальной базы для ведения бизнеса

Это предприятие по производству гипса, проект по производству рыбы в Кизлярском районе компании «Амсар» – это инвестор из Санкт-Петербурга, тепличный комплекс «Дагагрохолдинг» общей площадью 20 гектаров. Его энергоснабжение будет обеспечиваться за счет геотермальных вод, это очень заинтересовало корпорацию.

Также мы представили очень интересный проект «Горные ресурсы», предполагающий выращивание лекарственных трав и создание горного ботанического сада. Мы ожидаем от корпорации очень большую помощь, связываемся с ними буквально каждый день. В общей сложности мы представили туда уже 12 проектов, по каждому из них идет процесс актуализации, и я надеюсь, что все они будут поддержаны.

– Какие отрасли экономики Дагестана являются для вас приоритетными в работе по привлечению инвестиций?

– Мы хотим, чтобы в республике развивалась промышленность, поскольку мы видим значительную долю поступлений в бюджет от крупных предприятий. Например, мы возлагаем большие надежды на развитие проекта «Дагфос» по созданию производства кислот и минеральных удобрений в Кизилюрте, ведем переговоры с китайскими инвесторами по строительству цементного завода.

– Вы подавали заявки по этим проектам в Фонд развития промышленности?

– Мы пока просто не успели это сделать, потому что агентство существует всего два месяца. Но я знаю, что некоторые предприятия республики, а также министерство промышленности и торговли с этим фондом работают.

– Как вы оцениваете текущее состояние инвестиционного климата в Дагестане? Согласны ли вы, что республика по-прежнему находится в зоне высоких или даже экстремальных рисков для инвесторов?

– Прежде всего, у нас есть системные проблемы, которые присутствуют по всей стране, – те же самые контрольно-надзорные органы, проверки, коррупция. Но основная проблема для дагестанцев – это отсутствие материальной базы для ведения бизнеса, дешевых и длинных кредитов.

До недавнего времени, еще два-три года назад, большой проблемой для республики был так называемый «флэшковый рэкет». Многие предприниматели из-за этого просто уезжали из республики. Но благодаря руководству Дагестана и правоохранительным органам эту проблему, к счастью, удалось снять, и сейчас ее практически нет.

В этом году по национальному рейтингу АСИ мы хотим войти хотя бы в 20 лучших регионов России по инвестпривлекательности. Вся нормативно-правовая база у нас в республике создана, остается только выполнять законы. Главное, что мы видим большой интерес инвесторов к республике.

До вас, например, я встречался с человеком, который приехал из Краснодара и спрашивал о перспективных проектах здесь. Правда, большинство потенциальных инвесторов заинтересованы в быстрой окупаемости вложений, а это не так просто обеспечить.

– Какую реальную поддержку инвесторам сейчас может оказать агентство, учитывая сложную ситуацию с бюджетом республики?

– Основное – это, все-таки, выделение земли. Сложнее с инфраструктурой – на нее на этот год в бюджете заложено всего 35 миллионов рублей, это очень мало. Но глава республики поставил перед нами задачу работать со всеми федеральными фондами, какими только можно, чтобы привлекать дополнительные средства на поддержку инвесторов.

По практике могу сказать, что основные требования к проектам, которые поддерживают федеральные фонды, – наличие не менее 20% собственных средств, наличие высоких технологий и импортозамещающий характер, а также поддержка со стороны субъекта РФ. Так что, если проект соответствует этим критериям и у инвестора есть земля, то, я думаю, его проект в республике обязательно состоится.

-2 Распечатать

Наверх